Навигация
Главная
Текущий 32 номер
Номера 2011 года:

Январь 2011 № 1
Январь 2011 № 2
Январь 2011 № 3

Февраль 2011 № 4
Февраль 2011 № 5
Февраль 2011 № 6
Февраль 2011 № 7

Март 2011 № 8
Март 2011 № 9
Март 2011 № 10
Март 2011 № 11

Апрель 2011 № 12
Апрель 2011 № 13
Апрель 2011 № 14
Апрель 2011 № 15
Апрель 2011 № 16

Май 2011 № 17
Май 2011 № 18
Май 2011 № 19

Июнь 2011 № 22
Июнь 2011 № 23
Июнь 2011 № 24

Июль 2011 № 25
Июль 2011 № 26
Июль 2011 № 27
Июль 2011 № 28
Июль 2011 № 29

Август 2011 № 30
Август 2011 № 31
Август 2011 № 32
Август 2011 № 33

Сентябрь 2011 № 34
Сентябрь 2011 № 35
Сентябрь 2011 № 37
Сентябрь 2011 № 38

Октябрь 2011 № 39
Октябрь 2011 № 40
Октябрь 2011 № 41
Октябрь 2011 № 42

Ноябрь 2011 № 43
Ноябрь 2011 № 44
Ноябрь 2011 № 45
Ноябрь 2011 № 46

Декабрь 2011 № 47
Декабрь 2011 № 48
Декабрь 2011 № 49
Декабрь 2011 № 50
Декабрь 2011 № 51

ГОСТЕВАЯ  КНИГА
Связь с нами








Информеры


Светлана ПШЕННИКОВА: "Вместо удовлетворения от результатов многолетнего труда – отчаяние"

Политика. Экономика. Власть

Георгий РЕГНЕР. Сказ о вечной любви

Форум дал новый импульс к развитию

В административных советах
Общество. Мы

Валерий Блохин: "Горжусь, что и я в числе усть-кутских медиков"

Ждём новых встреч

День Земли – это не однодневное событие…

Прямая связь с читателями
Вопрос по пятницам

Родила старлетка в ночь не то сына, не то дочь...
Архивы:

Газета за 2007 год
Газета за 2008 год
Газета за 2009 год
Газета за 2010 год
Газета за 2011 год
Газета за 2012 год
Газета за 2013 год
Газета за 2014 год
Газета за 2016 год
Газета за 2017 год



Информация
Усть-Кут ФОТО

Природа реки Лена в красках

Прогулка на теплоходе по реке Лена


http://lv.ust-kut.org/?2011/32/14322011.htm

E-Mail Друга:



Август N 32 ( 19.08.2011 )

  • Итоги рейтинга 1.90/5
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5

Рейтинг: 1.9/5 (20 голосов)

122

Распечатать     Последнее посещение n\a Просмотров N\A

Открытые архивы

Пять веков истории

Киренск и Усть-Кут - самые древние города на Земле Ленской. Около 700 человек в одноимённых районах и в соседней Катанге носят фамилию Кузаковых. Землепашцы, торговцы, казаки Кузаковы в XVII - XVIII веках осваивали Восточную Сибирь. На основе архивных документов оживить картинки прошлого, рассказать об этой, не очень распространенной, но ставшей известной ленской фамилией, я и попытался. Почти все мои герои - не вымышленные лица, а реально жившие в то далёкое время. И основные события имели место быть.

Начало начал

1498 год. Игумен Николаевского Прилуцкого монастыря на реке Двине Петр был доволен. Великий князь московский Иван Васильевич повелел передать монастырю земли по Двине. "Отдана нам в вечное владение землица по речке Равдуга с людишками, - говорил он отцу-эконому Абросиму. – Там Кузаки проживают, которые с Поонежья еще в прошлых годех до монастыря нашего поселились. Земля там добрая, луга к тому же. Посмотри, кого туда еще поселить из наших крестьян".

10 ноября 1586 года. Андрей, игумен Введенского монастыря в Сольвычегодске, размышлял: "Видно Русь на восток в Сибирь пошла всей силою. Царство Сибирское татарское повоевали. Теперь черед через земли зырянские идти туда же. Но как быть? Архиепископ Ростовский советует не противиться. Мало у Москвы сейчас народу на зырянской земле. Ладно, отдам крестьян Подосокорской. Пусть переселяются на Лальскую дорогу. Туда Москва непокорных новгородцев заселила. Семян, хлеба и протчее в дорогу дам. На следующий год Москва вернет. Не буду противиться. Но надо же, время выбрали - ко дню Введения во храм Пресвятой Богородицы. Тут бы церкви православной дать, а оно вот так…"

Июль 1606 года. На берегу речки Валгина, что впадает в Лузу, стоят копны сена. Небольшой дождь, прошедший ночью, приостановил работу. Под навесом из жердей и еловых лап Фомка Кузак и Егорша Ляпун из деревни Кузаково, да Костька Зырян и Ивашка Шелкунов из Абросимово неспешно говорят между собой. Разговор вьется вокруг обычных крестьянских забот." А всё ж тягло у нас теперь легшее. В монастыре шкуру драли, да идти нельзя никуда было. Теперь черносошными(1) стали. Слыхивал на новые земли за Каменный пояс можно двигать. Охочих отпускают, да и сбежать можно. Там не найдут", - рассуждал Егорша Ляпун. "Тебе-то что, бобыль. А нам не можно. Детишков на кого оставить, а с ними куды же", - возражал, хотя и слабо, Фомка. "Так у тебя родни полно. Кузаков таких же и в Усолье самом, и в Устюге, в Подосокорье, да и по другим деревням хватает, поживут пока твои у них", - настаивал Егорша. "Ладно, мужики, вон обветрило, давай сбирать", - остановил беседу Ивашка. "Не торопи, - усмехнулся Фомка - куза зелена ишо". "Чаво?" - не понял Ивашка. Он совсем недавно прибыл с юга Вологодской земли и не знал местных присказок. "Да, и куза, и коза", - поддержал Зырян. "По нашему елка, по зырянски коз, а по вепски куз будет", - пояснил шутку Фомка. Ивашка уставился, соображая. Но тут заорал подъехавший на чалой кобыле Гневашка Зманов; "Эй, чаво расселись. Наши на курье, за тальниками уже зарод кидают, вот в помощь отправили".

И жить бы потомкам этих крестьян в тех местах, если бы не Сибирь.

В сибирские грады

Поляки и литовцы уходили. А Сольвычегодск горел. Спаслись те, кто укрылся во дворе купцов – братьев Строгановых да успел по окрестным местам разбежаться. Двор купцов враг штурмом не взял, отбит был сильным пушечным огнем, понес потери большие и ушел. Марфа Кузакова была во дворе птичницей и спаслась. Муж её – Федор Фомин Кузаков – был убит еще 23 января, когда с горсткой смельчаков встретил литовцев у Благовещенского собора. Сына Марфы и Федора, родившегося в том же проклятом 1613 году, окрестили Семеном. А двоюродный брат Федора Митяй Аникиев и его жена Варвара взяли Марфу с дитем к себе. Детей своих им Бог не давал, хоть и молодые еще были. Помогал двоюродный дядька Яков Сафонов Кузаков. Купец он был средней руки и в смутное время на торговле в Москву разжился.

Так бы и жили себе, да тот же Яков соблазнил рассказами о Сибири, и отправился Митяй в сибирские грады. Варвара увещевала: “Да куды ты? Четвертый десяток уже вот-вот пойдёт...” Не слушал ее. На прощанье сказал Варьке: "Детей своих бог нам так и не дал. И не буде ужо. Не горюй. Я, сама знаешь, перед венцом до конца клялся с тобою быть. Иду в Сибирь. Пропаду - все твоё, и… иди в замуж, коль хошь. Семку с Марфой не обижай, родные они нам. С нею я не грешил, как ты ране всё думала. Грешил бы - сказал сейчас, да и дети бы можа пошли. Приду с Сибири - до старости нужды не будем знать".

Митька Кузаков через три года, на осенний Трофимов день 1634 года, с такими же, как и он, пятнадцатью товарищами сошел с коча(2) на пристани у гостиного двора Сольвычегодска. Борода, одежа суконная, сапоги настоящие, за плечами мешок, а в нем – две лисы красные, одна седая, черная, да бобровая шапка, да два десятка соболюшек несдаточных с пупки и хвосты, пупков соболиных три десяточка, на теле мешочек с деньгой немалой. Непьющий мужик в Сибири, на Енисее-реке и на Тунгуске, в Туруханском краю Мангазейском быстро богател. А Митрий только первую осень ходил в покрученниках, значит охотился без своего снаряжения на другого промышленного человека, а потом всё своё завёл, и сам стал нанимать покрученников. Остался бы, да видел, рисково это дело. Сколько уже головы свои посложили, безвестно в тайгах -тундрах сгинули.

"Чудная у тебя фамилия, Митрий, рассуждал целовальник(3) на Сольвычегодской таможне, оценивая рухлядь и считая ввозную пошлину. – Казаков, - такую слыхивал. А ты - Кузаков. Из татаринов что ли? Я раньше на Волге-матушке бывал, так там Кузаков полно, это имя такое татарское. Да еще стручок гороха так зовут. На свадьбе подносят молодым, чтобы семья-де была большая, как горошин в стручке том".

Митька гусиным пером нацарапал "Митяй Кузаков" в таможенной книге, подтвердив, что уплатил и приезжую пошлину 4 алтына, и согласен с оценкой рухляди, и пошлину за явку её уплатил.

Он читать и писать помалу умел: в Мангазее грамоту казаки тамошние показали.

"Нет, не из татар. Сказывают старики, что еще до прапрадедов наших русские люди с Онежского озера на Двину подались. А там, в Поонежье народ такой живет, вепсы зовутся. Так по-вепски елку кузой зовут. Там даже Кузозеро есть. А в Поонежье, как и по Двине, леса еловые стоят. Вот и прилипло - Кузак, да Кузак. А потом и пошло. Чьи вы будете? Да, такого-то Кузака дети. И стали Кузаковыми. Наши даже на Беломорье вышли. Там солью занимаются у монахов Соловецких, деревня Кузрека и речка такая же там есть. И тут кругом Кузаковых полно".

"Так, может вы из вепсов тех и будете?".

"Не знаю. Они, как и мы, по виду".

"А Яков, Сафонов сын, из ваших будет?" "Наш, конечно. Но Яков-то в Устюг подался, там и живет, оттуда торговлю ведёт".

"Да, знаю. Соболей везёт с Архангельска. А сам-то, что теперь?"

"Дом построю новый, землицы куплю, скот. Ну, и на землю мужиков и баб возьму, кого в кортому, кого в подворники. На мне братова жена с сыном еще, их не брошу. Да и грамоту знаю, а энто теперя в цене".

Вслед за дедом

Семену шел 22-й год, семьей обзавёлся. Дяди Митяя рассказы слушал и сам видел, как в достатке зажили после Сибири. Сам в Сибирь не думал, не тот характер. Так и жил себе на посаде, торговлишкой пробавлялся. Не ведал Семка, что и его Сибирь настигнет. Родился у него в 1658 году мальчонка, окрестили Оникой. Жили под одной крышей с дедом Митяем, а тот только и знал, что всякое про Сибирь рассказывал: мол, под ногами богатство - наклонись и твоё оно. И Оника с малолетства от рассказов деда Сибирью заболел.

Зарыдала, забилась в плаче Натальица. Не чаяла ужо увидать Онику живым. Как ушел он в свои 22 года в Сибирь, так и сгинул. Она ждала его, хоть и не муж. Вдовая была, с дитем малым. Муж, молодой совсем, помер в голодный 1677 год. Чуть не вся деревня Кузаково тогда померла, а кто остался – разбрелись. И другие деревни пропали. Последний сосед – Петр Егоров Ляпунов долго держался, да и тот сбежал безвестно. И приласкала она Онику, хоть и старше была на год. Но ушёл Оника в Сибирь, звал и её. Да испугалась, ждать обещала. А как дождаться-то? Он эти 4 года весточку отправлял, деньги посылал: то с купцами Устюгскими, то со своими - с Соли. А раз даже козырьки соболиные отправил. Продала она их Ивану Федорову за 50 копеек. Жить-то надо было, и бабье требует. Сама она тогда в подворницах(4) искиталась, натерпелась. Занесла её судьбина в посад Усольский, а там встретила тридцатилетнего Козьму Косыгина. На соляных варницах работал у Строгановых. Деньги были, за посадом работников держал, землю имел, дом, а был неженатый. Пошла за него, и двух детишек принесла - Афонасия да Дарьюшку. Но Онику помнила. И бил её Козьма, даже тверезый. Она – баба красивая, глазищи сами сверкают. Ему и чудится, что грешит. Да и от Оники гостинцы не утаишь. За прошлое бьёт. Не знала она сразу-то, что жил он раньше с женкой невенчано, бил её ни за что. Ушла, убежала та от него.

А Оника приехал, потоптался у колодца, не выдержал, пошел ко двору. А навстречу бабка Каптелина, подворница Козьмы. Вот и поведала ему про Натальицу. И про деда Митяя сказала, что помер он от старости и Варвара тоже померла, сразу как Оника ушел. Про бабку Марфу Оника и раньше узнал - померла тоже. Отправился Оника до дому. Отец его, Семен, совсем не старый - как раз шестой десяток шел, дождался. И матушка Агафья тоже. Рассказали, что братья Иван да Павел - те тоже в Сибири, только на Енисее где-то. Там, сказывают, в казаки записались, и у Ивана сын уж растет, тоже Иван, а у Павла семьи нет - молод еще, нет и двадцати пяти. А в казаках - это не годы. Знал это Оника. Знал, что и баб в Сибири считай что нет. Если каких государи и отправят девок да молодых баб, чтоб оседал народец-то на месте, так те то болезны нехорошим, то острожничьи. Воротит Онику от таких. А тунгусьи бабы ленивые да неумелые, их можно хоть две на зиму купить. Ни подоить, ни с конем сладить, ни посуду помыть; сами воды боятся, а что сготовят, так и то не по нраву. Идолов своих деревянных за пазухой таскают. На икону не молятся, а тайком к шаманам норовят. Не для семьи такие-то. Пожил у стариков Оника. Загулял, отправился в Устюг, в Архангельск, и до Новгорода добирался. Конечно, кое-где и подрабатывал, но заработанное в Сибири спускал в кабаках, да на подарки девкам непотребным, кои на ярмарках бывают. Хотел забыть, не видать Натальицу. Да не тут-то было. Замучил и себя, и её. Приедет в Соль и давай у её дома околачиваться. А Козьма пуще лютовать стал. Четыре года так продолжалось. И как там ужо случилось, но нашли Натальицу всю избитую в огороде за избами, в холодной осенней грязи. Застудилась и преставилась. Козьма отперся, сказал-де, что в тот день дрова на варнице принимал. Да, сказывали, видели его. Ночью прискакал. Следы мужских сапог увидал у ворот и пошел бить Натальицу. Дескать, пил он потом долго, и пьяный плакал и жалел, и грозил, что Онику убить надобно было. По приказу Строганова в холодную клеть Козьму сажали, батогом били, кнутом, голодом морили. Суда не было. Известное дело, Строгановы сами судили в своих вотчинах по грамотам царским. А Козьма мастером был первостатейным. Вот и не доказали…

Помянул Оника покойную, запил было опять, да остановился. Зарок дал, не жениться и хмельным не забавляться. Но в монастырь не пошел, а отправился туда же, в Сибирь эту проклятущую.

С Илима на Лену

Илимский острог встретил Онику Семенова сына Кузакова многолюдьем. Не мудрено - отсюда и на юг, и на восток шли и служивые, и крестьяне, и вольные, и промышленные люди, и всякий гулящий люд. В первый приезд он здесь не был, а охотился по Енисею. И вот, наслышавшись о реке Лене, подался дальше, туда – откуда до родной Двины уже не вернуться. Илимск - начало Ленскому волоку. Узнал Оника, что по Лене в Устькиренске и Устькутском острожке живут уже, пашут с Двины же, считай, земляки. “Помогут, если что”, – подумалось. Был он бобылем, а потому никак свой двор не заиметь, а придется жить на чьем-то подворье. Пошел бы на промысел, да тут указ царский в прошлом, 1684 году вышел, и охота на соболей во всем Енисейском разряде и Якутии запрещена. А в первый приезд Оника промышлял и неплохо. Да все прогулял на Двине. А тот, на волоке, может в служивые запишут, а может в пашенные(5). Так и случилось. Встретил в Илимске Никитку Воронина. А у него уже подворье было, Воронинской деревней называли, по отцу. Был старше Оники. Его отец, Куземка, на Лену один из первых прибыл, с дедом еще, с Леонтием. С самим Хабаровым тот слышно было судился. А там, на Двине, Леонтий и Куземка не раз у Семена, отца Оникиного, бывали. И вот где встретились. Рассказал Никитка, что в Илимске вынуждено. Записали им долги еще по Илимскому воеводству за прошлые года. А долгов-то не должно быть. Вот и пришлось ехать. Рассказал, что на Лене пашут двинские: Нестор Шевелев в Тире между Устькуцким и Устькиренским, Мишка Мокрецов в верхнем конце Киренского в деревне Балахонской, сын Балакшина Петра, в его Ворониной пашет. Да и других двинских по всей Лене людно. В Илимске нашли приказного человека с Криволуцкой волости Фёдора Козыревского, знакомого Никитки. Тот по делам приехал, привез бумаги по смертоубийству этой зимой в деревне Полоротовской Олешкой Ефимовым своего брата Ивашки. Сказывали, сам Якутский генерал и воевода Матвей Осипович Кровков в Чичуйском распросом ведал. И хоть Криволуцкую волость и Киренск отписали в Якутский уезд с Илимского, а всё же илимский воевода узнать захотел, удостовериться, что не на его уезде смертоубийство, дабы в Москву кто не написал, что-де не занимается воевода делами. "Помоги, Фёдор, поговори, чтоб Онику ко мне в деревню или куды-то близко отправили, земли там отвели в пашню. Мужик крепкий, бывалый, второй раз в Сибири, не пьёт", - обратился Никитка. " А пошто бобыль, да откель взялся, не беглый ли?". "Нет, с черносошных он, с Двины, с Соли, на Енисее охотился и рыбалил. Я – порукой". "Дак, бобыль может в казаки писаться, нам в Киренском пешие казаки нужны". "Лучше – в пашенные, обживусь, людей узнаю, места. И там видно будет. А бобыль я поневоле, преставилась моя суженная, и детишков нет", - ответствовал Оника.

К тому времени на Лене хлеба всё больше надо было. Дальше шли на Амур, на Колыму, Камчатку. Лена давала хлеб.

Туда втроем и поехали. Надумал было Оника в судовые плотники на плотбище в устье речки Мука податься или в Устькуцком остроге плотником же остаться, дощаники(6) строить. Платили 5 рублей 50 копеек оклада, и соль да хлеб, деньги хорошие. В Енисейске он и это ремесло освоил, строил кочи. Отговорил Воронин. Мог бы и на солеварне в Устькуцком остаться, да Натальицу вспомнил, убивцу Козьму…

По Ленскому волоку до Якуримского стану в нижнем конце Устькуцкого на трех санях с ямщиком добрались к концу шестого дня и уплатили по полтора рубля. Потом в Воронинскую на четвёртый день прибыли. В дороге Оника размышлял. "Ну, повезло. С государевой десятины хлеб да сено отдавать в казну, остальное себе. Справлюсь. А ежели отсыпным(7) обложат? Тогда пудов 17 - 19 в казну. Вытяну ли?" Воронин же радовался: "Мужик видно крепкий и цепкий. Дам я ему землицы в кортому(8) с трети урожая, на первых порах подмогну. А там, может сестру свою младшую за него выдам". Говорил Онике: "А жить можешь покуда на моем подворье. Построиться поможем, а там и семьёй обзаведёшься. Я свою Марью с Тунгуски взял, на Чичуйском волоку, там от мангазейских еще крестьян да промышленных внучки-правнучки, ладные девки, работящие. И мать моя отель же". Намекал на кровь сильную в семье.

В начале апреля из Якутска в волость бумага пришла воеводская, записали Онику в пашенные Воронинской деревни. Дали лошадь, сбрую, а сани сам купил, с казны дали для посеву рожь, овес тоже, хлеб на первое время, соль. Так по царскому указу было для новопоселённых.

Вот и стал Кузаков Оника сын Семенов, а по-сибирски Аника, криволуцким крестьянином деревни Ворониной, и Сибирь родной ему стала. Тому есть немало свидетельств:

"У пашенного крестьянина у Онички Семенова родилось в ужине овса…" (Из выдельной и ужинной книги Якутской приказной избы 1689 года); "Деревня Воронина. Служилой человек Аника Кузаков 70 лет. У него дети…" (Из книги подушного сбора за 1728 год. Илимская воеводская канцелярия. Российский Государственный архив древних актов).

Не просто всё у Аники Кузакова сложилось: и споры из-за земли были, и судиться пришлось, и в казаках побывать. Наладилось всё постепенно. Семьей немалой обзавелся. И прожил почти до 80 лет. Потомки по всей Лене разошлись. Праправнуки на реке Непе, что в Нижнюю Тунгуску впадает, через полтораста лет селение Бурское образовали. И по всей России и за её пределами Аникины корни ростки дали, даже в Мексике, Англии, Греции. Но это – уже другая история.

Юрий ЧИВТАЕВ.

Примечания:
(1, 5) - лично свободные, государственные крестьяне; (2, 6) - виды речных судов; (3) - таможенник; (4) - работник на крестьянском дворе; (7) - вид натурального оброка со всего урожая; (8) - аренда.

   

   
Света 2011-09-04 00:53:32
Интересный рассказ, и написан живым русским языком, приятно читать, большое спасибо!

[Ответить] [Ответить с цитатой]
↑ +2 ↓
николай 2011-11-19 17:55:55
Большое списибо от всех Кузаковых, по востановлению истории нашей фамилии,может кому то поможет, для востановления уграченных родственных связей и обьединению всех Кузаковых.

[Ответить] [Ответить с цитатой]
↑ +5 ↓
Наталья 2013-04-27 23:22:19
Очень интересно и познавательно. А про Мишку Мокрецова - это факт или выдумка? Очень хотелось бы знать, т.к. собираю истории о судьбах людей с этой фамилией. Возможно, есть какая-то ссылка на первоисточник. Спасибо!

[Ответить] [Ответить с цитатой]
↑ +13 ↓
Александр 2013-10-15 23:42:17
Отличная статья!
Хочу побывать краях откуда пошел наш род.
Дед мой, Степан Афанасьевич из Киренска, до войны лес по Лене сплавлял, а после в с.Введенщина стал жить.

[Ответить] [Ответить с цитатой]
↑ +15 ↓

Страницы: [1]

Оставить комментарий

Ваше имя:
Ваша почта:

RSS
Комментарий:
Введите символы: *
captcha
Обновить


В номере :
Август N 32 ( 19.08.2011 )
Собака бывает кусачей или история о том, почему устькутяне боятся выходить на улицу
Политика. Экономика. Власть
В административных советах
Татьяна ВОРОНИНА: "Я – оптимистка и верю в позитивные перемены"
Проект "Народный бюджет" одобрен
Народный фронт собирает проекты
Новости. События. Факты
Отметили юбилей
Награды от министра
Идёт акция "Ветеранское подворье"
Проект на перспективу
Вместе сможем всё
Вопрос по пятницам: Что вы уже заготавливаете на зиму?
Общество. Мы
С места события: Один, но особенный день из жизни заключенных
Уважение заслужил!
Открытые архивы: Пять веков истории
Твои люди, Приленье. Дорогие мои земляки

Фотопроект 2011

Головин Евгений. Прораб

Гречко В.В. День речника

Тришина Г.М. Дорога, зовущая вдаль

Бянкина О.В. Настя Мошкирева

Комментарии к статьям
Комментарии:

[2017-04-13 14:47:05] Анатолий Джигун Вот так случайно почитал о сыне своего однокурсника одногрупника,приятно. ...

[2017-04-02 19:31:35] Валерий Мельников На Ние мы, СМП-581, стоили вр.посёлок, готовили трассу и водопропуски (1975-1977г). ...

[2017-02-12 16:30:26] Микадзе Ираклий На берегах р.Ния, я работал как геолог, с целью выяснения возможности ...

[2017-02-11 10:19:32] Тириских Алена Самое страшное и странное что мы учащиеся Новоудинской школы ни разу ...

[2017-01-31 00:31:08] Павел ППС на маленьких станциях в одно лицо работают! с оружием, это ...

[2017-01-10 01:51:35] Галина Павловна Хочу выразить огромную благодарность Юрию Ивановичу Чивтаеву за его работу по ...

[2017-01-07 23:23:44] Анастасия и Киренск и полеты на севера, перевод в Братск, все с ...

[2017-01-07 22:43:34] Анастасия Если уж и говорить о династии, то покойная Александра Яковлевна и ...

[2017-01-07 22:36:48] Анастасия Династия...а ничего, что перед Александрой Яковлевной, было ещё два брака...дочь от ...

[2016-12-19 21:03:24] Ирина Здравствуйте! 3 декабря этого года в ДК Речники проходил "Спортивный Фестиваль ...






Лариса Табаринцева
666784, Иркутская область, г. Усть-Кут, ул. Кирова, 39
- главного редактора - 40-113 (тел.\факс)
- ответственного секретаря, отдела рекламы и компьютерной верстки газеты - 40-114
- редакторов отдела социально-экономических проблем и отдела писем - 40-115
- главного бухгалтера - 40-116
- Рубрика: "Прямая связь с читателями" - 40-115
Мнения авторов не обязательно отражают точку зрения редакции
За содержание рекламных объявлений редакция ответственности не несет.
Рукописи не рецензируются и не возвращаются
При перепечатке ссылка и гиперссылка :
http://lv.ust-kut.org/?2011/32/14322011.htm
на "Ленские ВЕСТИ" обязательна
E-mail : Написать письмо
Газета зарегистрирована Региональной инспекцией по защите свободы печати и массовой информации. Регистрационный номер И-0118. Набрана и сверстана в Веб студии ООО КИТ Участник каталога

Дизайн и сопровождение КИТ ООО ©, 2007-2010 гг.